— Смотри, куда едешь, придурок!
— Глаза разуй, мымра!
— Ты какого хрена обгонял меня справа?!
— Какого хуя ты не включила поворотник?!
— Ты ездишь не по правилам!
— А у тебя вообще права есть?!
— Так-так, успокойтесь. Оба, — полицейская встает между виновниками аварии, выставляя руки по две стороны. В одной у неё планшет, во второй – рация. — Вы в порядке? Медицинская помощь не нужна?
— Этому козлине нужно зрение проверить.
— Этой лошади надо научиться с людьми, бля, говорить.
Полицейская тяжело вздыхает, вешая рацию на пояс. Привыкшая к дорожным разборкам и нервным водителям, она не обращает внимания на летающие со стороны в сторону ругательства и несколько раз щелкает ручкой.
— Ваше имя и регистрационный номер, пожалуйста, — просит полицейская, поднимая взгляд на парня.
— Чон Чонгук. Номер: 01…
— И снимите шлем, будьте добры.
Так называемый Чонгук не слушается. По началу. Но не принимающая отказа полицейская сурово смотрит на мотоциклиста, вынуждая выполнить приказ.
Как только он открывает лицо, то всё встает на свои места. Классический нарушитель покоя – пирсингованный парень со взглядом дерзкого и самовлюбленного мудака, которому мечтает заехать в рожу половина города. Он разъезжает по улицам в одной единственной черной майке и штанах, не удосуживаясь прикрыть курткой полностью забитый рукав. Каким бы подтянутым и симпатичным он ни был, то, как он разговаривает, не вызывает ничего, помимо отвращения.
Гнусный, вонючий, заносчивый кусок дерь-…
— Теперь Вы, мэм, — говорит полицейская, обращая на себя внимание. — Имя и номер, пожалуйста.
— Кван Юса. Вот моя ID-карта и водительское удостоверение. У меня также имеется страховка.
— Мг, хорошо. Спасибо. Теперь, мне нужно осмотреть ваши транспортные средства и выслушать каждого по-отдельности, — сообщает полицейская, что-то записывая. — Начнем с Вашего, мистер… эм, Чон.
— Я на работу опаздываю. Мы можем обойтись без этого? — хмурится Чонгук, проводя в воздухе рукой. — У меня через час смена. Предлагаю сойтись на том, что она меня сбила.
— Что?! Нет! Я не согласна! — рычит Юса. — Я тоже опаздываю, но я не уеду отсюда, пока твоя вина не будет доказана.
Чонгук насмешливо выгибает бровь. Не обремененный правилами этикета, он нагло осматривает Юсу с ног до головы, останавливаясь на её голых ногах и пышном бюсте. Белоснежное платье его совершенно не интересует – то, что под ним, намного любопытнее.
Чонгук ухмыляется, ничуть не пугаясь разъяренного взгляда напротив.
— И куда же ты опаздываешь? Точнее, к кому? Тоже работа, да?
Воистину изумляет то, что такой милый голос производит такую липкую грязь.
— На что это ты намекаешь, придурок?
— Со своими клиентами ты так же разговариваешь?
Юса поднимает указательный палец, тыкая в Чонгука чистым, японским маникюром.
— Следи за своим языком, иначе пожалеешь.
— У-у-у, страшно, — он фыркает, поднимая ладони вверх вместе со своим шлемом. — А еще – смело. Угрожать мне при Госпоже Полицейской, вау…
— Пожалуйста, прекратите. Я не могу вас отпустить без оформления ДТП, — хмурится женщина. — Чем быстрее мы начнем, тем быстрее закончим. Начнем с Вас, мистер Чон. А Вы, мисс Кван, подождите, пожалуйста в машине.
Юса хлопает дверью своей серой Хонды Сивик, хватается ладонями за руль и делает несколько глубоких вдохов и медленных выдохов. Не упуская из вида чертового Чон Чонгука, она пытается прочитать по губам, что он заявляет полицейской, пока размахивает руками. Что-то похожее на “подрезала”, “не заметил” и… “смертельно ранен”?! Но полицейская не ведется – она только и делает, что кивает, постоянно вписывая что-то себе в планшет.
Повезло же врезаться в самовлюбленного кретина. Вы только посмотрите на него: высокий, дерзкий, молодой. Сколько ему вообще лет? Он не выглядит старше Юсы, но и не смахивает на малолетнего студента. Зато, он похож на тех парней, которые слишком много болтают, очень хорошо трахают, и совершенно не умеют думать.
На телефоне высвечивается сообщение, затем еще одно. Чат не утихает, тэгая Юсу. Вполне возможно, все девочки очень удивлены, что извечно пунктуальная подруга вдруг опаздывает. Но как бы им вкратце описать, что она впервые в своей жизни попала в аварию?
Только она берет айфон в руки, как в окно переднего пассажирского легонько стучат.
— Позволите? — спрашивает полицейская.
— Да-да, конечно.
Юса поспешно убирает с пассажирского сиденья кипу документов, перекидывая всё назад. Лучше бы полицейской не оглядываться на тот ужас, что происходит у неё в салоне – помимо толстых папок, на сидушках валяются несколько пустых упаковок из-под крекеров, печенья и чипсов. Внизу со стороны в сторону катаются две пустых пластиковых бутылки из-под Кока-Колы, а не спинке висит пакет, забитый шприцами и таблетками.
Но, к счастью, хранительницу правопорядка не интересует ничего, кроме аварии.
— Итак. Расскажите мне, пожалуйста, Вашу версию.
Юса прочищает горло, поудобнее усаживаясь на сиденьи.
— Я спокойно себе ехала по левой полосе, хотела перестроиться в правый ряд, так как мне надо поворачивать во-о-он на том светофоре, — говорит Юса и указывает пальцем в направлении улицы. — Я проверила все зеркала, никого не было, а он ехал за мной. Он пошел на обгон. Когда я поворачивала, то врезалась в него.
— Мг-мг, хорошо, — кивает полицейская, продолжая писать ручкой. — Вы включали поворотник?
Юса кривится, как будто она ударилась мизинцем о дверной проем.
— Нет. Я… я забыла.
— То есть, они у вас исправны?
— Да.
— Мг, — медленно кивает полицейская. — Ясно. Хорошо. Спасибо.
Отвечая на еще несколько вопросов, Юса наблюдает за Чонгуком сквозь лобовое стекло. Облокотившись о свой слегка пострадавший байк, он зубами достает сигарету с пачки, щелкает небольшой зажигалкой и закуривает. Естественно. Чонгук оглядывается на мотоцикл, но позже отвлекается на телефон и отвечает на звонок.
— …хорошо, — выдыхает полицейская. — Спасибо за сведения. Подождите пока здесь.
Юса остается в машине. Уведомления продолжают высвечиваться на экране, но рука ничуть не дергается в ответ. Ничего хорошего её там не ждет, кроме призыва приехать как можно скорее и упрека, что Юса всё пропускает.
Когда полицейская подзывает к себе, Чонгук тушит сигарету, а Юса выходит из машины.
— Судя по полученной информации, вы оба нарушили правила дорожного движения, — сообщает женщина. — Вы, мисс Кван, не включили поворотник. Вы, мистер Чон, совершали обгон справа. Повреждения минимальные, поэтому оформим как мелкое ДТП, — она опускает планшет, заводит руку за спину и внимательно смотрит на виновников аварии. — Есть возражения?
— Да. Кто будет платить за царапины на моей машине?
— Кто будет платить за мои разбитые фары и лобовое стекло?
— Ваши страховые. Сделайте фотографии для страховой и обменяйтесь, пожалуйста, номерами.
— Ну уж нет, — фыркает Юса, скрещивая руки на груди. — Я не хочу давать ему свой номер.
— Я тоже не обязан, — выплевывает Чонгук.
Полицейская не отчитывает и не упрашивает. Холод в её взгляде и усталость в её темных мешках под глазами говорит лишь о том, что детский отказ со стороны нарушителей не станет причиной её сегодняшнего срыва.
— Вот ваши справки о факте ДТП, — выдыхает полицейская и протягивает две тонкие папки. — Эти документы понадобятся вашим страховым компаниям. Виновность определят страховые после проверки. Вы должны обменяться контактами и сведениями о страховке.
Юса тяжело вздыхает, хмурится и достает телефон. Чонгук не сразу, но тоже проводит пальцем по экрану. Поскольку иного выхода нет, а получить компенсацию за ущерб необходимо, они вынуждено обмениваются контактами.
Юса намеренно держит телефон в поле зрения Чонгука, чтобы тот не мог не заметить, как его номер сохраняется не под полным именем, а под едким «Слепой придурок». Чонгук, в свою очередь, отвечает на негласный вызов смелее – он поднимает телефон на уровень своего личика и, ангельски улыбаясь, показывает контакт «Тупая мымра». Полицейская же наблюдает за сценой, барабаня пальцами по планшету и сурово сжимая губы в тонкую линию.
— Спасибо, — выдыхает женщина, вешая ручку обратно на передний карман жилета. — Предполагаю, на этом всё. В дальнейшем следите за поворотниками, мисс Кван, а Вы, мистер Чон, следуйте правилам дорожного движения.
— Да, мэм, — отвечают в один голос Чонгук с Юсой и хмуро переглядываются.
— Довольна?
— Очень. Козел.
— Да пошла ты нахуй, — выдает Чонгук, разворачиваясь и надевая шлем.
— Иди ты в жопу! — выкрикивает Юса и поднимает средний палец.
— Научись водить, тупая пизда! — орет Чонгук в ответ, оборачиваясь.
— Хам! — не успокаивается Юса, возвращаясь к машине.
— Дура! — не сдается Чонгук, залезая на мотоцикл.
— Пожалуйста, перестаньте! — не выдерживает полицейская. — Вы оба свободны!
Бормоча всевозможные проклены, которые только Юса знает, она пристегивается и заводит машину. Но стоит ей повернуть ключ, как тишину разрывает грубое, необузданное и оглушительное рычание мотоцикла. Чонгук, этот наглый и заносчивый выпендрежник, просто так не может уехать, нет. Напоследок, он оставляет автограф – нагло рисует задним колесом идеальный, черный круг на асфальте. Чонгук растворяется в дымовой завесе из выхлопных газов, не обращая внимания на возмущенные звуки клаксонов и крики полицейской.
Невероятнейший гондон.
Юса возвращается в движение и, стараясь выкинуть из головы образ кретина-Чонгука, она набирает номер Минджи, которая отвечает в ту же секунду, как звучит гудок.
— Алло! Юса?! Ну ты, блин, где вообще?! Ты почему не отвечаешь?! — возмущенный голосок подруги разносится по всему салону, от чего Юса тут же сбавляет громкость.
— Я… эм… я всё расскажу при встрече, окей? — задумчиво отвечает и пытается продумать кратчайший маршрут к подруге. — Я не знаю, когда я буду.
Минджи разочарованно восклицает и практически скулит. На фоне слышна какая-то музыка и девичий смех.
— Ты, блин, всё пропустишь.
— Ничего страшного. Мне хватило на сегодня развлечений, — тяжело вздыхая, говорит Юса и хочет протереть глаза, но останавливается на полпути, вспоминая, что на ней же макияж. — Вы уже внутри?
— Да! Нам уже принесли еду, коктейли. У нас такой классный столик, я самый лучший выбрала, — по-детски гордо хвастается Минджи. — Девочки захотели шоты, но я попросила не пить без тебя.
— Я не буду пить. Я за рулем.
Тишина со стороны болтливой Минджи никогда не воспринималась, как положительный знак.
— То есть, ты не будешь пить? У меня День Рождения! А моя лучшая подруга не будет пить?!
— Я…
— И, вообще, ты должна была поехать на общественном транспорте! Или такси вызвать! Не стояла бы сейчас в пробках!
— Минджи, я…
— Моё День Рождения, а ты не пьешь! — казалось, она вот-вот заплачет. От эмоциональной и драматичной Минджи можно ожидать чего угодно.
Но Юса не хочет, чтобы она расстраивалась в свой День Рождения, поэтому давно отработанным успокаивающим тоном говорит:
— У меня сегодня был тяжелый день. Меня вызвали в шесть утра, и мне пришлось брать с собой платье и переодеваться на работе. Прости, Минджи. Я обещаю всё загладить.
В ответ – щелканье языком и очевидное помилование.
— Ладно. Но, тогда, ты должна пообещать мне отпраздновать со мной День Рождения отдельно.
Юса невольно вспоминает, как их посиделки один-на-один всегда заканчивались одним и тем же: литрами алкоголя, жалобами на жизнь, провалами в памяти и белым унитазом. Неважно, где они начинали, но важно, что всегда заканчивали либо дома у Юсы, либо у Минджи. Была надежда, что в этот раз получится избежать алкогольной комы, но чертов Чон Чонгук всё испортил.
Фу, теперь его имя не покинет голову Юсы до тех пор, пока они не разберутся со страховками.
— Хорошо. Обещаю. Скоро буду.
— Жду!
Юса кладет трубку, проведя пальцем по дисплею на приборной панели, и переключается на первую попавшуюся подборку в ЭплМьюзике. Какие-то хиты 2025-го года, идеально подходящие под фон, состоящий из клаксонов, урчания мотора и шума пешеходов. Как вечер пятницы может стать еще лучше?
Спустя вечность Юса наконец-то приезжает на указанный Минджи адрес. С трудом отыскав место, чтобы припарковать машину, она проверяет себя в зеркале заднего вида, расчесывая длинные, черные волосы. Захватив небольшой клатч вместе с телефоном, Юса выходит на улицу, постукивая каблуками по тротуару. Хлопнув дверью, ставит на сигнализацию, кидает ключи в сумочку и по светящимся вывескам пытается понять, в какое конкретно кафе ей нужно.
Юса впервые посещала улицу, где каждое второе заведение привлекало сверкающими вывесками и мерцающими декорациями. Глаза не успевали сфокусироваться на чем-то одном. Ядовито-розовый неон, ультрамариновые виниловые указатели. Юса почти теряется в толпе, не в силах рассмотреть названия кафе. Она щурилась, периодически останавливаясь и проверяя в телефоне фотографию заведения, что ей кидала Минджи, но ничего похожего она не могла найти.
Пока она не видит длинную очередь в небольшое заведение с черно-белой вывеской «Maid-Prince».
Да. Оно. К сожалению.
Нет, она, конечно, наслышана от Минджи, что сейчас косплей-кафе стали модными не только среди парней, но и девушек. Но в воображении Юсы это выглядело несколько иначе: элегантные принцы, учтивые дворецкие, возможно даже искусственные кошачьи ушки или хвост.
Но, черт возьми, не это.
Парни в белых фартуках, кружевных чепчиках и черных платьях.
Парни-горничные.
Минджи переплюнула саму себя.
— Добрый вечер, моя Леди. У Вас пригласительное?
— Да-а-а, — тянет Юса, не в силах скрыть ни то восхищение, ни то удивление, когда взгляд скользит по наряду парня на входе. Моргнув несколько раз и прочистив горло, она показывает высланное Минджи пригласительное на своём телефоне. — Эм… вот.
— Благодарю. Да, всё верно. Прошу, проходите. Вас проведут, — мягко произносит парень и открывает дверь, пропуская несколько ошарашенную Юсу внутрь.
Но не успевает она отойти от необыкновенной красоты и непривычной вежливости со стороны администратора, как её перехватывают сразу два парня-горничных. Не менее очаровательные, не менее смазливые, высокие и одетые в идеально выглаженное кружево.
— Добрый вечер, Госпожа.
— Мы рады Вас встретить, Госпожа.
Они театрально кланяются.
Вау.
Окей, у неё было достаточно мужчин, чтобы не попадаться на очевидные уловки. Качки-спортсмены, которые завлекали своими бицепсами и кубиками пресса. Идолы-трейни, обещающие горы денег, но после того, как они станут известными. Интеллигентные студенты, которые кончали от одного поцелуя взасос. Даже амбициозные СЕО, в идеальных костюмах с галстуком и неограниченными банковскими счетами, которые вели невероятно скучные беседы и занимались невероятно скучным сексом.
Но парней-горничных у Юсы никогда не было.
Это очень странно. Не то, как они выглядят и как себя ведут, но то, что она неожиданно чувствует по отношению к ним. Пугающе непривычно и до смешного глупо. Никто из всех предыдущих свиданий не вызывал в Юсе такого вихря неопознанных чувств, как эти два незнакомых парня.
Ладно. Нужно выдохнуть и взять себя в руки. Это всего лишь косплей – не больше и не меньше. Они играют свою роль и только. Западать на каких-то парней горничных, которые еще и, кажется, младше Юсы на пару лет, совсем не то, что она от себя ожидает. По крайне мере, от себя трезвой.
Осматриваясь по сторонам, она с трудом удерживает нижнюю челюсть, чтобы та не упала до уровня её цокающих по паркету каблуков. Столько девушек. Счастливых девушек, оживленно болтающих и мило хихикающих с парнями-горничными. Всё вокруг отдает сахарной пудрой и ванильным кремом, светло-розовым сиропом и душной сладостью. Юса ощущает себя в большой коробке конфет, позолоченной и избыточно роскошной, чересчур приторной и до смешного дорогой.
Серьезно, где они берут таких красивых парней? В модельных агентствах? Все высокие, симпатичные, с длинными пальцами и чистой кожей, приятным запахом и бесподобными манерами.
На кого бы Юса не посмотрела, в голове мелькало животное: «Господи, я бы тебя трахнула», но холодный голос рассудка тут же притормаживал до раздражающего трезвым: «Не смей опускаться настолько низко».
Верно. Какими бы завораживающими эти парни ни были, как бы безупречно и заботливо они не вели себя с девушками, Юса прекрасно осознавала, что всё это сплошная фальшь. Иллюзия и притворство, мечта, в которой посетительницы добровольно тонут.
Включая Минджи.
— Юса! — она подлетает с диванчика и прыгает на шею к подруге, крепко-крепко обнимая. Помимо нежных, цветочных духов от неё веет шотами с текилой. Не дождались Юсу. — Я та-а-ак рада, что ты пришла!
Минджи когда-то предложила Юсе слепить пасочку из песка на детской площадке, и с тех пор они дружат уже больше двадцати лет. Трудно передать словами то, насколько Юса дорожит своей лучшей подругой. Она знает о ней всё – как зовут собачку её бабушки (Чучу), сколько зубов мудрости ей удалили (три), как звали того подонка-бывшего (Тэмин) и даже её любимый цвет (белый).
Иногда, у них даже совпадали циклы. Смотря фильм на ноутбуках, они заедали боль чипсами и доставкой, не стесняясь плакать или смеяться во весь голос.
Секреты и тайны, интриги на работе или проблемы в семье – они рассказывали друг другу всё, что болело на душе.
Минджи могла отправить Юсе десятки записанных кружочков, где она восторгается новой игрой, которую она только-только прошла, а Юса чуть ли не превратила их чат в свой аудио-дневник, где она делится историями ночных смен и жалуется на ранние подъемы.
Иногда, Юса удивляется тому, насколько долго они дружат, и насколько гармонично они могут сосуществовать, несмотря на многие отличия. Это касается не только увлечений, интересов или же, банально, предпочтений в парнях, но и во внешности.
Минджи была на полголовы ниже Юсы. Миниатюрная – так её всегда описывали парни. Милая, как кукла, с большими глазами и пухлыми губами. Темные, пышные волосы по плечи, симпатичная челочка и ровные брови. Минджи с детства была худенькой, с небольшой грудью и ярко-выделяющейся ключицей. Она всегда подчеркивала собственную худобу и аккуратность плюшевыми свитерами и длинными юбками.
На свой День Рождения она пришла в белой кофточке с опущенными плечами, визуально напоминающими бант, и в длинной юбке цвета теплого капуччино. Рядом с Юсой она выглядела почти, как ребенок.
Понятно почему.
Аппетитная – то, что Юса чаще всего слышала от мужчин. С грудью четвертого размера, широкими бедрами и упругой задницей, она отличалась от таких, как Минджи. За больше, чем десять лет взрослой жизни, Юса сумела встретить всего лишь парочку женщин-азиаток с похожей фигурой.
Ирония. Минджи была довольно популярной среди парней. Не менее популярной, нежели Юса, но она, в отличие от своей лучшей подружки, никогда не хотела отношений. Реальных отношений. Трижды разочаровавшись в мужском поле, Минджи давно ушла в удовлетворяющее все её потребности сладкое марево – вместо живых парней, она ходила в косплей-кафе к мальчикам-дворецким, заказывала вечера с парнями-актерами и встречалась с 3D-персонажами.
Работая на крупную, корейскую компанию по производству отомэ-игр*, Минджи создавала самый настоящий идеал для девушек и чувствовала себя в десять раз лучше, нежели Юса, которая не переставала пытать удачу в слепых свиданиях.
Может, тоже стоит сдаться и тратить деньги на эти милые глазки, что ей строит парень-горничная, а не на номер в отеле, где её оставят совершенно неудовлетворенной?
— Моя Госпожа, — к столику подходит один из тех парней, которые сопровождали Юсу. Он делает вежливый поклон, смотря на уже пьяненькую Минджи. — Спешу сообщить, что Кролик уже прибыл. В связи с опозданием, он будет обслуживать Ваш столик безлимитно.
— Ура! Наконец-то! — хихикает Минджи и хлопает в ладоши. Остальные её подружки тоже подозрительно оживают и нетерпеливо ёрзают на диванчиках. — Передайте, что его любящая Госпожа совсем заждалась его! В её-то День Рождения!
Да. Кролик. Юса столько о нем слышала. Только из-за него Минджи сюда и ходит. Парень, что поразил её не то, что до глубины души, но до самых чресел (она так и сказала: чресел). По её рассказам, он совмещал в себе то, что невозможно совмещать – поразительная щенячья миловидность и наглый, провокационный флирт.
Насколько Юсе известно, то любой физический контакт запрещался в подобных заведениях. Держаться за ручки, обниматься, целоваться или же лежать на коленках – запрещено. Но, видимо, Кролик этим и подкупал – он нарушал и нарушал так, чтобы никто не видел. Юса уверена, что всё это часть спектакля, но, если девушки счастливы, то, почему бы и нет?
Признаться, ей всегда хотелось увидеть его. Минджи отказывалась показывать фотографию, тем самым подогревая интерес и уговаривая пойти в кафе с ней.
В представлении Юсы – это своеобразный факбой, с выглядывающими из-под рукавов формы горничной татуировками, с эстетичным пирсингом на лице, высокий, уверенный в себе парень, прямо как Чон Чонг-…
Так. Стоп. Нет. Нет-нет-нет.
У неё же не мерещится перед глазами, верно?
Юса абсолютно точно видит, как ебучий Чон Чонгук, одетый в черно-белый костюм горничной, решительно шагает в сторону их столика. Остановившись, одну руку он заводит за спину, а вторую кладет себе на грудь. Но стоит ему втянуть в себя воздух, как боковым зрением он улавливает что-то, что вынуждает его моментально потерять маску.
Чонгук с ужасом распахивает глаза. Юса ошеломленно подскакивает с дивана.
— Ты?! — одновременно яростно вскрикивают Чонгук с Юсой, тыча друг в друга пальцами.
Это, должно быть, какая-то очень очень неудачная шутка.
____
Отомэ-игра (яп. 乙女ゲーム отомэ гэ:му, от 乙女 [отомэ] «девушка») — предназначенные для женской аудитории компьютерные игры, основная цель которых, помимо прохождения сюжета, — развитие романтических отношений героини с одним из нескольких мужских персонажей
Добавить комментарий