Ночной порт Инчхона встречает густым туманом и бесконечными рядами разноцветных контейнеров, напоминающих гигантские надгробья. Рука Тэхена, окутанная в кожаную перчатку, уверенно обхватывает руль, мягко поворачивая вправо – он ведет машину под четким руководством сидящей рядом Лили. С выключенными фарами и на скорости 15 километров в час, он ювелирно пролазит на узкие, темные дороги, огибая острые углы контейнеров и каменных ограждений.
— Склад 4-В, — тихо говорит Лили, глядя на проплывающие мимо терминалы. — Отец использует его для особого груза. Охрана меняется каждые четыре часа. Если мы зайдем через северный шлюз, нас не заметят.
Тэхен кивает и послушно направляет автомобиль в сторону, куда указывает ладонь Лили.
Он паркуется в тени между двумя грузовыми кранами. Черная, беззвучная Тесла тухнет, не производя ни капли лишнего шума. По словам Тэхена, электромобили – лучшие для заданий под прикрытием, ведь звук двигателя, как таковой, отсутствует, но их не так просто достать последнее время. Он приобрел эту машину исключительно для одного единственного выезда, понимая, что обратно она может не вернуться целой и невредимой.
Каждый проверяет экипировку прежде, чем выйти. Лили затягивает пояс на талии, как и тактический разгрузочный жилет с множеством ремней. Полностью черный лонгслив, цельный и облегающий, помогает ей раствориться в ночной тени. Волосы высоко завязанные, заплетенные в косу, чтобы они не мешали. Лили надевает на лицо черную маску до уровня носовой перегородки и натягивает кожаные перчатки, то растопыривая пальцы, то сжимая в кулак. Прислушиваясь к улице, она различает в тишине собственное, громкое сердцебиение, которое вынуждает её сомневаться в верности принятого решения.
Но Тэхен, будто почувствовав колебания своей жены, кладет ладонь на её плечо, крепко сжимая и обращая на себя внимание. На нем та жа маска, то же тактическое снаряжение и те же ремни. Пушистые волосы уложены так, чтобы глаза видели, а уши – слышали. Спокойный и собранный, он смотрит на Лили пронзительно, изучающе, но и в то же время – привычно нежно.
— Всё хорошо, — мягко произносит Тэхен. — Не переживай. У нас всё получится.
Лили кивает, медленно выдыхая. Его убеждения ничем не подкреплены, кроме слепой веры, но этого вполне достаточно – Лили хватает того, что в неё верят.
— Да. Хорошо.
Они выходят из машины. Влажный портовый воздух встречает их запахом рыбы и мазута. Тэхен открывает багажник, достает оттуда рюкзак, полный взрывчатки, и тихо закрывает. Лили оглядывается по сторонам, вспоминая план.
Месяц подготовки. Изрисованные карты, графики смен охраны, подбор лучших тактик. Они ждали именно этот день, когда их присутствие прикроет густой туман. Несмотря на то, что в нем двигаться сложнее, он также лишает ориентира и вездесущих наемников мистера Кана.
Лили с Тэхеном решили идти в одиночку. Люди клана Ким были готовы помочь, но они находились вне зоны порта. Здесь и не потребовалось бы много людей – задача довольно проста, хоть и смертельно опасна.
Если их заметят, то Лили, возможно, не застрелят, а вот Тэхену с удовольствием всадят несколько пуль. Любой, кто убьет наследника клана Ким, станет самым востребованным наемником, прославившись по всей Южной Корее. Отец Лили не поскупится на щедрую награду прежде, чем забрать овдовевшую дочь обратно себе.
Огибая камеры на высоких, фонарных столбах и пробираясь по слепым зонам, Лили с Тэхеном держались друг друга. Она шла впереди, он – сзади. У каждого в руке пистолет с глушителем и ограниченным количеством пуль – чем больше магазина у них останется, тем лучше.
Их шаги бесшумные, осторожные. Прижимаясь к железным бортам контейнеров, они прислушиваются к патрулю. Не касаясь людей мистера Кана, у них получается пробраться к одному из запасных входов на склад 4-В. Встав недалеко от закрытых дверей и двух вооруженных наемников, Лили делает короткую передышку прежде, чем опустить маску.
Всё просто. Они столько раз это тренировали: Лили выходит, сбивает с толку собственным присутствием и затем – два выстрела. Всё просто… не так ли? У неё отличный результат по стрельбе, она всегда попадает в яблочко.
Но Лили никогда не убивала реальных людей.
Тэхен вновь замечает её нерешительность. Ничего не говоря, он кладет ладонь на пистолет в её руках, молча намекая, чтобы он сделал всё вместо неё, но Лили отрицательно мотает головой, крепче хватаясь за рукоятку. Она отказывается признавать, что у неё дрожат пальцы, и что она, черт возьми, ведет себя, как маленькая девочка.
Разве не к этому её всю жизнь готовили? Разве она не должна быть бесстрастной?
Тэхен столько раз доказывал ей, что нет никакой необходимости стоять с ним наравне – он любит и принимает её любую: уязвимую, сильную, страстную. Но Лили хотелось, чтобы он видел в ней не просто хрупкий цветочек, а бойца, которая станет ему достойным партнером.
Опустив пистолет и выпрямившись, Лили распускает волосы, чтобы быть больше похожей на ту дочь мистера Кана, которую берегли, как зеницу ока, всё её детство. Сделав смелый шаг вперед, она выходит на свет, чтобы двое патрульных её заметили. Сначала, они поднимают автоматы, направив на неё, но как только они лучше рассматривают её лицо и невинную улыбку, то неуверенно опускают оружие.
Лили знает их.
Лили знает Бивня.
— …Лили? — он хмурится, не зная, мерещится ли ему дочь босса. — Что ты тут…
— Мой отец не говорил, что я приеду?
— Нет, — второй наемник звучит тверже, чем Бивень. Кажется, его кличка связана с хладнокровными: то ли Змей, то ли Ящер. — Насколько я знаю, Вы, мисс…
— Миссис, — поправляет Лили, вызывая у наемников замешательство. — Миссис Ким.
Прежде чем они успевают осознать, что происходит, она поднимает пистолет и дважды спускает курок, разрезая туман короткими, сухими хлопками.
Два четких попадания в переносицу, два падающих, обезжизненных тела, две винтовки, приземлившихся рядом с трупами.
Лили шумно выдыхает, крепче сжимая пистолет.
Она только что… убила? Она только что убила наемника, который когда-то держал её вверх ногами, который безжалостно кидал её по рингу, но который также учил её?
Часто хватая воздух ртом, она старается не паниковать, но перед глазами всё начинает плыть, а сердце бьется с такой частотой, будто пытается пробить ребра. В голове стоит звук выстрелов, кончики пальцев несколько немеют. Адреналин пульсирует в висках, в венах, и Лили не может взять себя под контроль.
Пока перед ней не возникает Тэхен, пока он не хватает её за руку и не подводит к дверям. Он что-то говорит, что-то ободряющее, пока роется в карманах мертвых наемников в поиске ключ-карты. Тихое «ты хорошо справилась», искреннее «всё хорошо, просто дыши», трепетное «я знал, что у тебя получится». Лили слушает, наклонившись вперед и положив руки на согнутые колени. У неё в голове неопределенный шум, тело покрывается потом.
Тэхен открывает двери и говорит зайти внутрь.
Лили приходит в себя, когда видит, как он берет труп Бивня под мышки и затаскивает в склад. Она так же хватает второе тело – менее тяжелое, чем её бывший тренировочный соперник. Лили удивляется собственным силам, когда быстро убирает его с улицы, пряча за ящиками. Проверив, чтобы их никто не видел, она закрывает дверь и выдыхает.
Руки всё еще слегка дрожат, а в ушах всё еще глухой шум.
— Лили?
— Да? — она поднимает взгляд на Тэхена, который занят тем, что снимает наушники с рацией у мертвых наемников.
— Ты со мной?
— Да…
— Точно?
— Да… да, всё… в порядке, — шепчет Лили, принимая у Тэхена один из наушников.
— Так всегда. После первого.
— И второго, — хрипит в ответ Лили. — Я… я убила двоих, — она смотрит на пистолет в своих руках, на секунду поражаясь тому, как что-то настолько ужасное и смертоносное может так хорошо сидеть в её руке.
— Да. Я видел, — тихо говорит Тэхен и подходит ближе. Он не забирает пистолет – он еще может пригодиться Лили, но в нем ощущается желание лишить её оружия. — И ты большая молодец. Ты не застыла в страхе. Ты взяла и выстрелила.
Лили кивает и всматривается в его карие глаза, пытаясь найти в них что-то, помимо неутихающей любви и безмерного спокойствия. Тэхен помогает усмирить панику и избавиться от дрожи одним своим присутствием. Лили переполняет прежний всплеск адреналина, от которого она хочет избавиться с помощью своего мужа, но она вынуждено берет себя в руки и отводит взгляд.
Не здесь. Не сейчас. У них еще много работы.
— Что дальше? — спрашивает, окидывая взглядом знакомые стены склада.
Тэхен прикладывает палец к уху, прислушиваясь. Лили повторяет за ним: искаженные голоса, скучающие наемники. Никто еще не заподозрил отсутствие двух охранников.
— Дальше – цистерны, — кивает Тэхен, поправляя рюкзак. — Ты помнишь, как к ним пройти так, чтобы нас не засняли камеры?
— Помню, — выдыхает Лили.
Стерильно-холодный воздух насыщен резким запахом оружейной смазки и необработанного дерева. Высокие, уходящие под самый потолок стеллажи выстроены ровными, симметричными рядами, которые освещает тусклый свет люминесцентных ламп. Освещение присутствует не везде – углы и верхние ярусы погружены в тень.
Деревянные ящики с маркировкой мистера Кана заполняют весь склад. Внутри ничто иное, как оружие: винтовки, дробовики, пистолеты, гранаты.
Когда отец привез Лили сюда впервые, ей было около четырнадцати лет. Тогда, он с гордостью показывал ей свои главные сокровища – откуда их привозят, куда отвозят, сколько они стоят и кто еще знает об этом хранилище. Всех, кого отец приглашал, ехали в тонированных машинах и с масками на глазах, ведь никто не должен знать, где находится его крупнейший арсенал.
Если бы не Лили, Тэхен бы никогда не смог попасть сюда.
На бетонном полу видны четкие следы от колес погрузчиков, по которым Лили ведет Тэхена дальше. В глубине склада огромные цистерны с горючим – закупленное оптом топливо, которое используется для контрабандной перевозки оружия. Лили помнит о нем с того самого дня, как попала сюда, и это первое, о чем она подумала, когда они с Тэхеном сели за разработку плана.
Ничто лучше не произведет крупный взрыв, как тысячи литров топлива.
Смотря на большие, матовые цистерны, Лили прикидывает, насколько сильным будет взрывная волна. Кроме поглощенного огнем склада, где сдетонирует всё остальное оружие, контейнеры на улице окажутся в зоне взрыва. Прежде чем нажать на кнопку, нужно будет отъехать на расстояние хотя бы пяти километров.
Тэхен приклеил по две взрывчатки на цистерну. Пустой рюкзак он кинул на пол, зная, что от него ничего не останется. Не опуская маски, он осматривается вокруг, замечая крутящиеся камеры, которые вот-вот обнаружат нарушителей. В наушнике также раздаются взволнованные вопросы о Бивне и Ящере, но Лили всё еще не двигается.
Когда Тэхен берет её за руку, она крепче сжимает его ладонь.
— Точно ли я правильно поступаю? — шепчет Лили, представляя, сколько жертв будет на месте этого склада. — Тэхен, я… я предаю своего отца. Я… я совсем не та дочь, которой он бы гордился.
Тэхен хмурится, опуская маску. Ему очень не нравятся неожиданные заявления Лили. Он не налетает на неё с обвинениями и упреками, но осторожно, мягко говорит:
— Ты никого не предаешь. Ты защищаешь свою семью – нашу семью.
Лили удивленно дергает бровями, когда встречает его ранимый, почти обиженный взгляд. Как она смеет сомневаться? Как она может выбирать сторону отца, а не сторону Тэхена?
Но он прав. Отец угрожает тем, то убьет их. Он требует ребенка. Он делает всё, чтобы жизнь Лили не принадлежала ей, но ему: будь она замужем, будь она одинока – отец найдет способ, чтобы посадить её в клетку.
Тэхен же делает всё, чтобы эту клетку сломать.
Лили делает шаг назад в тот момент, как камера поворачивается к ним. Всё, что попадает в зону съемки – подозрительно пустой рюкзак, который тут же вызывает волну вопросов по радиосвязи. Тэхен не реагирует, как и Лили – он заворожено следует за своей женой, в тень от высоких стеллажей, в слепую зону, где их никто не увидит.
— Прости, что я… не решаюсь и…
— Не извиняйся, — улыбается Тэхен непозволительно нежно, как для той ситуации, в которой они сейчас находятся. Он притягивает Лили ближе, пользуясь кратким случаем, и, опустив маску на её лице, оставляет на её губах несдержанный поцелуй, пропитанный трогательными чувствами и откровенным обожанием. Когда Тэхен отрывается, он горячо выдыхает. — Ты очень отважная и смелая, и я рад, что я – тот, с кем ты проходишь через всё это.
Лили улыбается, целует его, не в силах остановить себя, но затем поспешно отпускает, облизывая губы. Если бы не наемники, которые прямо сейчас стоят на месте Бивня и Ящера, рассуждая, куда их коллеги могли пропасть, Лили бы с удовольствием растворилась в Тэхене.
Но им нужно двигаться.
Натянув маски, они скользят между рядами. Тэхен ни на шаг не отступает от Лили, полностью доверяя ей путь отступления. Их беззвучность и слияние с тенью помогает оставаться незаметными до самого выхода, где они останавливаются и прислушиваются к разговорам в наушниках.
Основные силы стянулись ко вторым дверям – туда, где должны дежурить Бивень с Ящером. Лили знала, что есть еще несколько выходов, ведь на таком огромном хранилище нельзя ограничиться одной дверью и главными воротами. Однако, здесь не зачищено, и, возможно, ей снова придется стрелять.
Лили крепко сжимает пистолет и хочет дать Тэхену сигнал, что она готова действовать, но он оказывается намного быстрее.
Тэхен срывается с места и вылетает из дверного проема. Он работает с филигранной точностью, когда взмахивает лезвием. В воздухе сверкает сталь, а затем – кровь. Первый наемник не успевает даже вскинуть ствол, второй – даже почувствовать приближение. Они захлебываются собственным криком, который так и остается в их порезанных глотках. Два тела тяжело валятся на землю, пачкая асфальт стремительно растекающимися лужами, пока Тэхен пугающе спокойно вытирает нож о свою штанину. Возвращая лезвие обратно себе на пояс, он поднимает взгляд на Лили, кивком головы подзывая к себе.
У неё нет времени, чтобы прощупать этот странный, жуткий восторг, что внезапно теплым жаром расплылся у неё в груди. Профессиональное, ледяное, молниеносное убийство двух высоких и крепких наемников, работающих на её отца, должно было внушить ей ужас. Её муж – беспощадный убийца, которого она должна бояться так же, как её мать остерегалась отца.
Но вместо страха Лили почувствовала необыкновенно сладкое, животное возбуждение.
Тэхен замечает, что с его женой что-то не так – взгляд, которым она смотрит на него в постели, отличителен и узнаваем лишь самим Тэхеном. Лили заставляет себя не терять голову и обратить должное внимание на голоса в наушнике, которые становятся всё громче.
Нужно уходить.
Лили хватает Тэхена за руку и ведет к машине скрытыми от камер и патрульных путями, чувствуя, как его ладонь крепко сжимается вокруг её, скрепя кожей перчаток.
Когда они открывают машину, на территории дают тревогу: найдено четыре тела. Когда Тэхен сдает назад, в хранилище обнаруживают бомбы, которые никто не может ни отклеить, ни снять. Когда Тесла разворачивается на сто восемьдесят, на подъемных кранах включаются прожектора, ослепляющим светом направленные на нарушителей.
— Мы нашли их! Нашли!
— Стреляйте!
— Не упустите!
— Пристегнись, — поразительно мягко просит Тэхен, несмотря на крики в наушниках и снаружи.
Лили дрожащими руками щелкает замком и, от резкого ускорения, вжимается в спинку затылком. Через лобовое и заднее стекло проходят три пули, четвертая попадает в зеркало заднего вида. Несколько очередей выпускают в двери справа и слева, простреливая окна. Лили стягивает с себя маску, задыхаясь от колющего адреналина и ощущая призрачное присутствие смерти.
В боковых зеркалах мелькают два черных джипа, там же – вспышки от выстрелов. Гул погони просачивается в салон благодаря пробоинам. Пули выбивают искры из асфальта, рикошетят от кузова, оттесняя и пугая. Но Тэхен ведет машину с опытным хладнокровием, не отрывая взгляда от дороги и, периодически, проверяя Лили.
Отъехав на достаточное расстояние, Тэхен вытаскивает из кармана небольшой дистанционный пульт. Маневрируя по узким, пустым дорогам, он протягивает Лили радиодетонатор, но не для того, чтобы она нажала на зловещую красную кнопку, но вытащила антенку наружу.
Они уже это обсуждали. Несмотря на то, что Лили выполнила свою часть, убив двоих, Тэхен, тем не менее, до последнего настаивал на праве взрыва. Он не хотел, чтобы Лили приложила руку к сносу целого склада и убийства нескольких дюжин наемников, которые всё еще находились в хранилище.
Не она должна нажимать на кнопку, а он.
Тэхен сбавляет ход лишь на мгновение, когда машина вылетает на открытый участок центральной дороги Инчхона. Небольшое устройство в его руках готово. Тэхен бросает на Лили короткий, обжигающий взгляд, на его губах сверкает лукавая ухмылка, когда большой палец ложится на кнопку.
— Бум.
В первую секунду наступает абсолютная, вакуумная тишина. А затем зеркало заднего вида заливает ослепительный белый свет, настолько яркий, что Лили щурится. Склад не просто загорается – он исчезает с лица земли.
Чудовищный огненной шар, рожденный от детонации сотен литров горючего, взмывает в небо, расцветая багровым цветком. Ударная волна догоняет Лили с Тэхеном через несколько секунд: машину ощутимо толкает в багажник, стекла вибрируют, а по кузову проходит низкий, утробный гул.
Лили не в силах отвернуться: тяжелые столбы черного, маслянистого дыма возвышаются над спящими зданиями, заслоняя собой звезды. Продолжающиеся взрывы сменяются воем сирен – пожарные, скорая, полиция. Все стягиваются к порту, как осы. Преследовавшие джипы растворились в огненном мареве.
— О, Боже, — только и шепчет Лили, чувствуя, как тело пробивает мелкая дрожь.
Но Тэхен даже не смотрит – он набирает Рэн и говорит с ней через одноразовый телефон-раскладушку.
Заехав на подземную парковку, они останавливаются возле серого седана. Тэхен кратким жестом показывает Лили, чтобы она выходила. Из рядом стоящей KIA вылазит Рэн с тремя наемниками из клана Ким – все четверо безмолвно пересаживаются в Теслу, пока Тэхен с Лили занимают новую, нетронутую машину.
Первым выезжает Тесла, в противоположном от выезда из города направлении. Тэхен ждет несколько минут, занимая себя поломкой телефона-раскладушки и проверкой пуль в магазине. Лили пристегивается, не отпуская пистолета – в ушах звучит эхо взрыва, о котором она еще долго не забудет.
Тэхен заводит машину, сдает назад. Инчхон окончательно проснулся: люди вышли на балконы, кто-то выскочил в халатах на улицу, завороженно глядя на черное облако дыма с боку порта. Никто не смотрит на серую KIA, что сливается с ночными дорогами. Они едут мимо патрульных, мимо жителей, и никто – абсолютно никто – не догадывается, что в этом неприметном авто сидят те, кто только что на весь криминальный мир громко и нахально заявил о себе. Завтра вся Южная Корея будет звенеть экстренными выпусками новостей, но Лили уверена, что её отец уже всё знает.
Кто лучше всех знает помещение изнутри, вместе с патрулями и расписаниями? Кто рискнет проникнуть на его склад? Кто может оказаться настолько наглым, бесцеремонным и жестоким?
Отец понимает, что Лили бы не решилась. У неё никогда бы духу не хватило пойти против него в одиночку, не говоря уже о том, чтобы устроить этот огненной ад. Стоит ему осознать причастность Тэхена – как он, на самом деле, влияет на его дочь, как отец впадет в бешеную ярость.
У Лили перехватывает дух. Лишь покинув пределы Инчхона, она прозревает.
Они только что разрушили главное хранилище её отца, лишив его не просто товара – вместе с тоннами оружия в огне сгорели многомиллионные контракты, доверие партнеров и, главное, репутация человека, который считается неприкосновенным. За одну ночь Лили с Тэхеном превратили его в раненого зверя, чьи клыки выбиты руками его собственной дочери.
Сегодняшний инцидент покажет, что мистер Кан не такой уж и неуязвимый. Этот запах слабости привлечет даже мелких стервятников – от уличных банд до крупных синдикатов. У отца не хватит духу признать перед всем миром, что удар был нанесен его дочерью – его родной кровью, предательство которое ощущается сильнее, чем чье-либо другое. К тому же, ему придется упомянуть помощь наследника клана Ким. Сделав такое заявление означает публично признать собственное бессилие. Влияние клана Ким будет лишь расти, пока он будет истекать кровью.
От ощущения необыкновенной силы, Лили чувствует, как всё тело неистово горит. Впервые в жизни она видит себя не «дочерью мистера Кана», не «красивым дополнением мистера Кима», не «продолжательницей рода», но человеком, способным на невероятные вещи.
Лили накрывает хаотичное, неуправляемое возбуждение. Безумное пламя, что вспыхивает внутри неё с тем же ослепительным взрывом, с каким взлетел в воздух склад отца, пробуждает в ней дикое желание выплеснуть этот жар. Он на кончиках пальцев, он в её венах и в глубине её колотящегося сердца – Лили боится, что не выдержит этой первобытной жажды.
— Тэхен, останови — хрипит, не смотря на Тэхена, и слышит, как её голос дрожит от переизбытка эмоций. — Пожалуйста, останови сейчас же.
Тэхен хмурится, но послушно сворачивает на темную обочину. Лили, не дожидаясь, пока он заглушит мотор, отстегивает ремень и буквально набрасывается на своего мужа. Она впивается в его губы с жадностью, с нескрываемой страстью и с безграничной благодарностью за то, что он позволил ей быть той, кем она есть. Лили хочет, чтобы он ощущал всё то, что кипит в ней, что наполняет её – она хочет, чтобы он знал, как сильно она его любит.
Удивленный, но не менее разгоряченный Тэхен, охотно отвечает на внезапный поцелуй. Он шумно выдыхает в её рот, тихо рычит, когда их языки сталкиваются, и кратко ругается себе под нос, когда Лили перелазит к нему на ноги. Его ладони, покрытые кожаными перчатками, скрипят, когда до боли впиваются в бедра Лили, помогая усесться. Тэхен поражено стонет ей в губы, захлебываясь её рвением и мокрыми, глубокими поцелуями. В каждом его прикосновении присутствует щекотливый восторг от столь внезапно нападения со стороны его любимой жены.
В салоне до неприятного тесно и душно. Их униформа не позволяет быстро раздеться, полностью покрывая тела. Лили первая снимает с себя перчатки, пока Тэхен порывисто стягивает свои. Они не отрываются друг от друга, продолжая целовать, продолжая поглощать стоны, всхлипы, жар. Лили сжимает волосы Тэхена голым руками, пока он прижимает её к себе как можно ближе, надеясь, что она почувствует его стояк.
Последний месяц они так часто занимались сексом, что Лили страшно об этом вспоминать.
Тэхен вжимал её в холодный кафель душевой, вбиваясь в неё жестко и властно; Лили встречала рассвет, прыгая на нём и тихо скуля его имя. Пока они обсуждали план, он дважды отлизал ей на своем же рабочем столе; пока они готовились к вылазке, она трижды проглотила его сперму.
Их необъяснимая тяга друг к другу стала лишь сильнее после того, как их руки окрасились в кроваво-красный, как на их тенях остался оранжевый отблеск пожара, а над их головами нависло серебреное лезвие от косы самой Смерти.
Лили страшно – страшно, что она не может контролировать себя, когда рядом с ней Тэхен; страшно, что её животное желание почувствовать его губы на себе сильнее инстинкта самосохранения; страшно, что она никак не насытится ни его дыханием, ни его стонами, ни его вкусом.
Лили мало. Мало-мало, всё время мало. Лили хочет намного больше, и она знает, что лишь Тэхен может утолить её мучительный голод.
Плевать, что они в машине, что за ними, возможно, ведется охота, что у них нет презерватива.
Лили хочет здесь и сейчас.
— Подожди, милая.
— Нет, — протестует Лили, целуя его шею и оставляя на ней яростные укусы. — Я не могу ждать, Тэхен.
— Но я не смогу… не смогу нормально войти в тебя.
— Сможешь.
Тэхен ошарашено смотрит на то, как Лили вытаскивает нож из его пояса, как она ведет кончиком лезвия от воротника своей униформы и до самого низа. Тэхен невероятно мило краснеет, чем вызывает еще большее желание. Он всегда смущается, когда видит её обнаженной, он всегда смотрит на неё с юношеской застенчивостью и влюбленным восхищением, не в силах не потрогать и не притянуть к себе как можно ближе.
Тэхен целует открытые ключицы, утыкается носом в грудь Лили, мягко качается бедрами, насколько ему позволяет салон машины. Он закатывает глаза от её запаха, от её тепла, от того, как она сжимает волосы и как дергается навстречу. Тэхен смотрит влюбленно, пока разрывает раздражающую его ткань на теле Лили.
Он так легко сдается перед ней, с такой нежностью отдает ей всего себя.
Но это же Тэхен – он всегда сделает для своей жены всё, что она попросит.
— Я хочу сесть на тебя, — торопливо шепчет ему на ухо, прикусывая раковину.
Тэхен сглатывает, одной рукой расстегивает ремень на своем поясе, пока второй придерживает непоседливую Лили за бедро. Он тяжело дышит и хмурится, когда высвобождает налитый кровью член – твердый и слегка пульсирующий. Тэхен даже не успел намокнуть, но Лили это не остановит.
Проведя языком от кисти своей ладони и до самого кончика среднего пальца несколько раз, она поспешно опускает мокрую руку, чтобы сжать его. Тэхен издает хриплый стон, утыкаясь лбом о плечо Лили. Она проводит ладонью вверх-вниз, массируя головку, и с удовольствием чувствует выделяющийся предэякулят.
— Дай мне потрогать тебя, — просит Тэхен, откидываясь на спинку водительского сиденья.
Облизнув указательный и средний пальцы, он опускает руку, проверяя, насколько трусы Лили мокрые. Почувствовав, как хлопок пропитался её влагой, Тэхен несдержанно рычит и почти сразу отодвигает ткань в сторону, чтобы проникнуть внутрь.
Салон наполняется непроизвольными, чувственными стонами и грязными звуками. Тэхен прикусывает нижнюю губу Лили, Лили толкается языком Тэхену в рот. Легкий, невинный чмок вынуждает Лили сжаться вокруг его пальцев, а Тэхена – восторженно замычать.
Жарко, неудобно, но так хорошо.
— Хватит, — хнычет Лили, заставляя Тэхена вытащить из неё пальцы. — Хочу тебя. Пожалуйста.
Лили нависает над ним, насколько позволяет машина. Согнувшись пополам и уткнувшись лбом о его плечо, она направляет его член так, чтобы он смог войти в неё. Тэхен, наконец-то, срывается и перестает осторожничать – стоит ему ощутить смазку Лили на своей головке, как бедра дергаются вперед, а руки порывисто опускают Лили с ощутимым нажимом, чтобы их тела издали долгожданный шлепок.
— О, Боже, какая ты горячая, — стонет Тэхен, окутывая свою жену руками и прижимая её как можно ближе к себе. — Лили… моя Лили…
— Тэхен, — задыхается Лили в ответ, полностью падая на него.
Наконец-то он внутри, наконец-то она его ощущает.
Вместе. Они вместе.
— Лили, — хрипит Тэхен, когда начинает насаживать её на себя.
Они еще не занимались сексом в машине, они еще не делали это настолько бездумно. Охваченные чувствами и жаром, они отдаются в руки друг другу, растворяясь в похоти и трепетной любви.
Лили трется о него, сжимает его, пока Тэхен почти что не выходит из неё. Он всё время в ней. Легкие толчки и не толчки вовсе – это сладкое, изумительное трение, вынуждающее Лили тихо скулить и ощутимо дрожать.
Она вскрикивает, когда Тэхен впивается в её оголенное плечо зубами, оставляя горячий след от укуса. Ко всему прочему, она несколько раз бьется макушкой о потолок салона. Но, такое ощущение, что её тело отказывается воспринимать боль, переплавляя его в шелковое удовольствие. Горло раздирает от стонов, что она издает, низ живота приятно тянет. Мир сужается до размеров машины, до их запахов и их мелодий.
Это так хорошо, это непозволительно хорошо – настолько, что Лили хочет кончить прямо сейчас, прямо на Тэхена; с Тэхеном.
— Я кончаю, Тэхен, я кон-…
— Я тоже, Лили. Я тоже, — жарко шепчет, ни на секунду не прекращая томительного покачивания бедрами.
— В меня. Хочу, чтобы в меня, — жалобно просит, зажимая его голову в своих руках и вынуждая его уткнуться себе в ключицу.
— Лили, — Тэхен рычит от одной только мысли, что Лили разрешает кончить внутрь.
Он еще ни разу не спускал в неё – всегда на неё или в презерватив. Очень внимательный к её безопасности, он не позволял себе переступить черту, как бы сильно ему не хотелось.
Но он сдержал обещание – Тэхен нашел лучшего гинеколога, под присмотром которого Лили находится вот уже целый месяц. Лили сидит на таблетках, и Лили хочет проверить, насколько они действенные прямо сейчас.
Ни за что не слезет с него – она хочет почувствовать его семя внутри; Лили хочет, чтобы он залил её до предела, чтобы часть Тэхена осталась внутри её тела. Не желая думать ни о чем, кроме горячей спермы, что вот-вот окрасит её стенки, Лили требовательно насаживается, трется и вздрагивает.
— Ли-ли… — надрывисто стонет Тэхен, когда чувствует, как она сжимает его изнутри.
— Поцелуй меня, — умоляет, вслепую пытаясь найти его рот.
Когда их губы соприкасаются, Лили кончает одновременно с Тэхеном. Задыхаясь и вскрикивая, она ощущает, как его горячая сперма растекается внутри, как он наполняет её до предела. Лили течет в ответ, растворяясь в интенсивности оргазма. Покрываясь мурашками, она хнычет в рот Тэхена, принимая его стоны, его рычание, его хаотичное признание в любви. Он чувствительный, дрожащий, очарованный. Тэхен не отпускает Лили до последнего, пока не отдаст ей всё, до последней капли.
Разорвав поцелуй, они смотрят расфокусировано, пленено. У Тэхена расширены зрачки, у Лили подрагивают ресницы. Он смотрит с обожанием, с любовью и с обещанием, что он может подарить ей намного больше. Она же источает нежность, жажду и преданность – то, что не получит никто, кроме её дорогого мужа.
Сталкиваясь лбами и переведя дыхание, они молчат, боясь нарушить незримое. Лили хочет остаться в его объятиях подольше, Тэхен же совершенно не готов её отпускать. Пусть всё так и останется, пусть всегда так и будет – как далеко бы они не уехали, какие бы двери в ад они не открыли, какого монстра они бы не разбудили – Тэхен и Лили всегда будут вместе.
Добавить комментарий